Перейти к содержимому


Свернуть чат Чат Открыть чат во всплывающем окне

@  Kanrit : (23 Август 2019 - 09:16 ) kanrit
@  АСМ : (09 Январь 2017 - 12:05 ) С Новым Годом, господа ))

Фотография

Жили были МЫ 35

Жили были МЫ

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В этой теме нет ответов

#1 Barguzin

Barguzin

    Продвинутый пользователь

  • Пользователи
  • PipPipPip
  • 2 123 сообщений

Отправлено 30 Декабрь 2018 - 12:27

Жили были МЫ 35
 
 
верх
 
МЫ испытывали болезненную привязанность, страсть к недоступным и явно неподходящим мужчинам, это заставляло НАС глубоко страдать, МЫ понимали и осознавали, что это болезнь и так любить, как любим МЫ, нельзя.
Всегда было так, что стоило НАМ влюбиться по-настоящему, МЫ не получали взаимности, а если кто влюблялся в НАС, МЫ корчили презрительную мину, а потом просто спасались бегством.
Дисфункциональная семья - это семья, в которой один или оба родителя являются либо алкоголиками, либо трудоголиками, либо находятся в разводе со своей половиной, либо умственно или физически неполноценны в каком-нибудь другом смысле. Безусловная любовь означает, что тебя любят просто так, просто за то, что ты родился, просто за то, что ты есть".
МЫ выросли в так называемой дисфункциональной семье и ребенком лишены были нормальной, безусловной, безоговорочной любви. В результате МЫ лишились способности любить себя самое, с благодарностью принимать любовь других. 
Когда МЫ повзрослели, это приняло форму синдрома, зависимости: НАМ нравились только такие мужчины, которые, по разным причинам, не могли отвечать НАМ взаимностью, психологически были настроены лишь принимать НАШУ любовь, ничего не давая взамен, отвергать НАС как личность, третировать и унижать. Отказ любить НАС вызывал обратную реакцию; неприятие пробуждало в НАС горячую страсть. Несчастные, одинокие, отчаявшиеся заполнить в душе пустоту, всю свою жизнь МЫ пытались обрести любовь и избавиться от страданий, но сами не желая того, заставляла себя еще больше страдать. НАША болезнь прогрессировала. Всякий раз высоки были НАШИ надежды, всякий раз МЫ думали, что любовь спасет НАС. И всякий раз надежды разбивались вдребезги, и все труднее было собирать осколки. Любовь несла НАМ только болезнь, настоящую болезнь, от которой страдают и умирают.
До того, как заводить новые романы с мужчинами, НАМ следовало завести роман с самой собой, научиться любить себя. 
 
МЫ пытались всю свою жизнь выйти замуж, но как ни старалась, человек, который бы устраивал НАС во всех отношениях, так на горизонте и не появился?
МЫ увязали в отношениях с мужчиной, которые делали НАС несчастной, а порвать с ним МЫ никак не могли, не получалось?
В жизни НАС привлекали только, так сказать, не совсем обычные партнеры, в то время как нормальные мужчины совершенно не трогали НАШЕ сердце?
МЫ вышли замуж гораздо позже НАШИХ ровестниц.
Столько возможностей плыло НАМ прямо в руки, а МЫ не чувствовали себя достаточно уверенной и пропускали их мимо?
Каждый день МЫ со страхом смотрели в зеркало, хотя многие говорили о НАШЕЙ привлекательности?
МЫ злоупотребляли алкоголем, наркотиками, едой, сексом; тратили денег больше, чем могли себе позволить.
Когда МЫ были маленькой, НАС столько раз обижали, отвергали и унижали, что когда МЫ выросли, все свое время МЫ посвящали лишь тому, чтобы заставить как можно больше людей полюбить НАС.
МЫ страшилась одиночества, были ревнива до безумия, НАС постоянно снедали необъяснимые тревоги, угнетала хроническая депрессия. Когда МЫ смотрели на себя в зеркало, то испытывали лишь ненависть и отвращение. НАМ казалось, что МЫ безобразны, что МЫ полная неудачница, что МЫ человек, который недостоин любви.
МЫ родилась в нездоровой семье. НАШИ родители не могли, не способны были дарить НАМ безусловную, безоговорочную любовь, каковы бы ни были у них причины. От них МЫ никогда не получала того отношения к себе, которое могло быть выражено словами: "Я люблю тебя такой, какая ты есть", наоборот, их отношение, скорее, можно было выразить так: "Что-то в тебе не то, какая-то ты не такая, не как все нормальные люди".
Очень рано МЫ усвоили, что ты в НАС что-то не так. Вечно МЫ были у своих родителей плохой, испорченной девчонкой, недостойной их любви, а следовательно, недостойной любви вообще. МЫ научилась ненавидеть себя - МЫ уже была поражены той же болезнью, тем же синдромом, которым страдали НАШИ родители.
Став взрослой, МЫ сохранили в себе эту убежденность в том, что МЫ недостойны настоящей любви; МЫ обрекли себя на связи только с теми партнерами, которые не могли отвечать НАМ любовью, которые постоянно отвергали НАШУ любовь и НАС самих как личность, которые как бы находились по отношению к НАМ на недосягаемой высоте. 
 
Если МЫ влюблялись, то предмет НАШЕЙ страсти был особой для НАС недоступной или явно неподходящей. МЫ были неспособны завязать с мужчиной нормальные, здоровые отношения, будь то НШ возлюбленный, просто друг или товарищ по работе. Вместо любви, нормальной любви, МЫ ощущали страсть, граничащую с одержимостью и безумием, а также подспудное желание быть всегда отвергаемой, унижаемой, желание, сопровождаемое непрерывной болью.
У НАС появились и другие зависимости, другие предметы страсти, которым МЫ предавались неумеренно: чтобы как-то укрыться, спастись от непрерывного отчаяния, МЫ начинали злоупотреблять сексом, едой, лекарствами, наркотиками, алкоголем, работой. МЫ не могли любить себя, любить такой, какая МЫ есть, какой НАС сотворил Бог, зато выучились ненавидеть себя за то, что МЫ не такая, как тот или та, как этот или эта.
НАШИ родители сами воспитывались в больных семьях и в детстве никогда не ощущали на себе безоговорочной любви. Когда они сами стали родителями, перед их внутренним взором не оказалось образца, по которому можно было бы учиться любить: самого себя, своего супруга или НАС, причем любить здоровой любовью. Они просто не могли дать НАМ то, в чем не видели необходимости, то, чего они сами никогда не получали. Ущербные, несчастные, ненадежные, неспособные разбираться в собственных чувствах, они не знали, что значит любить, что значит быть добрыми отцом и матерью, что значит делить с детьми свою безоговорочную любовь. Они не представляли, как можно позволить НАМ свободно развивать свою индивидуальность; их пугало любое отклонение от их собственных поведенческих стереотипов.
Сами больные, они и НАС растили в удушливой атмосфере больных отношений, поскольку не знали ничего другого. Это не было их сознательным выбором, скорее, это обусловленная реакция, бессознательно передаваемая от одного поколения к другому. Это длинная цепь; она включала в себя много поколений. Больные родители воспитывали больных детей, которые, став взрослыми, создавали новые больные семьи, и в них снова воспитывались больные дети. 
НАШ отец был алкоголиком. НАШ отец склонен был прибегать к физическим способам воздействия на жену и ребенка; его сексуальное поведение по отношению к НАМ было недостойным.
У НАШИХ родителей присутствовала хроническая напряженность в отношениях, неспособность или нежелание ее снять. НАША мать доминировала над отцом, а он самоуничижался перед ней, ревновал и пытался отомстить. Роль обоих родителей в НАШЕЙ семье играла одна мать. НАШИ родители жили в гражданском браке, а в то время это было не принять, у мамы была своя фамилия, НАШ отец усыновил НАС только когда НАМ исполнилось 7 лет. НАШИ родители разошлись, когда НАМ было 13 лет, МЫ чувствовали себя брошенными, одинокими и неприкаянными. НАША жизнь становилась все хуже и хуже просто благодаря самому факту, что этот человек был НАШИМ отцом.
 
Поведение НАШИХ родителей было непредсказуемо, на них нельзя положиться, их никогда не было рядом, когда МЫ в них нуждались.
В НАШЕЙ семье не попытались разрешить возникающие семейные проблемы, их не решали, а тщательно маскировали. МЫ не могли свободно выражать свои чувства и мысли, высказывать желания и фантазии. У каждого в НАШЕЙ семье было полно своих собственных секретов и тайн. Все кругом в чем-нибудь да были виноваты, одна сторона никогда не прощала ошибок, другая в них упорствовала. Жестокость, страх, насмешки, неуважение, унижения, отрицание достоинства, сарказм, обвинения в несостоятельности и замалчивание регулировали жизнь НАШЕЙ семьи.
 
НАШИ родители требовали делать только то, чего они от НАС хотели, думать, чувствовать, говорить, да и вообще во всем быть такими, какими они хотели НАС видеть, а в другие периоды наоборот, НАМИ пренебрегали, НАС как бы не замечали, были заняты собственными делами, отношениями, разборками, как бы сильно МЫ ни пытались понравиться, заслужить одобрение, завоевать внимание или любовь.
 
 
В детстве НАШИ родители были для НАС как боги, правящие НАШЕЙ маленькой вселенной.
Мысль о том, что они не любят НАС такими, какие МЫ есть, для НАС была непостижима, это невозможно было представить, это выше НАШЕГО понимания. 
МЫ видали, что НАШИ родители поступают несправедливо, но МЫ просто закрывали глаза и брали всю вину на себя - так работал инстинкт выживания. У НАС выработался механизм защиты самооценки, называемый "ловушкой больного воображения", произошло болезненное переключение сознания, типа: "С моими родителями абсолютно все в порядке… а вот со мной что-то не так". МЫ верили, что НАШИ родители совершенны во всем, у них огромные запасы любви - это с НАМИ что-то не так, поэтому они и не могут любить НАС так, как МЫ в этом нуждаемся, МЫ просто не заслуживаем их любви, МЫ ее недостойны.
МЫ принимали на себя всю ответственность, всю вину за то, что родители НАМИ недовольны. Плохие не они, плохие МЫ. Эта мысль легла в основу всей системы НАШИХ представлений о мире. 
МЫ имели искаженное представление о действительности, в основе которого лежат детские фантазии о том, что МЫ обладаем сверхъестественной способностью творить зло. Если родители кричат друг на друга – виноваты МЫ. Если они бранят НАС, значит они лучшие родители в мире. Если отец пьет, это вовсе не означает, что он алкоголик; это значит, МЫ виноваты в том, что он несчастен, если НАШ отец обращался с НАМИ безжалостно и грубо, МЫ боготворили его и во всем винили только себя.
Если муж НАМ изменял или флиртовал на вечеринках с другими, МЫ не считали, что он бабник, МЫ винили в этом себя, считали, что МЫ недостаточно хороши собой. 
МЫ оказывались в постели со случайным мужчиной, после этого он не звонил и больше не появлялся, а МЫ страдали, думали, что не показались ему интересной, недостаточно хорошо смотрелись, не понравились ему в постели.
Самоотрицание, ловушка больного воображения искажали НАШИ представления о жизни и НАШ жизненный опыт.
МЫ боялись быть собой: ведь стоит хоть как-то проявить себя, свою индивидуальность, НАС тут же наказывают. И МЫ нашли иной стиль поведения, МЫ предали свою индивидуальность, МЫ стали приспосабливаться к условиям игры. Для того, чтобы выжить, МЫ отказалась от самих себя, похоронили все свои личные чувства, мысли, желания, нужды, задушили их в себе, заставили их замолчать, упрятали их подальше, научились отрицать само их существование.
МЫ думали, что не можем быть тем, что МЫ есть на самом деле, это небезопасно. Стоило НАМ только попытаться проявить свое "я", у НАС возникало масса неприятностей. МЫ решали, что лучше, чтоб никто не видел, кто МЫ есть на самом деле, тогда не будет больно. Если МЫ не покажем, что чувствуем, все будут считать, что с НАМИ все в порядке".
МЫ пытались представить себе, чего же они все хотят от НАС. НМ очень хотелось чтобы НАС похвалили. МЫ из кожи вон лезли, лишь бы доставить удовольствие своим близким. Между НАМИ и возможной критикой в НАШ адрес, МЫ выстраивали мощную стену.
НАШЕ внутреннее "я" ( назовем его душой, очами НАШЕГО разума, НАШЕ эго, духовный центр НАШЕЙ личности, высшее "я", истинное "я", то, что имеют в виду, когда говорят НАМ "ты"smiley отныне стало под запретом и всячески НАМИ подавлялось.
Верх взяло другое НАШЕ "я", НАШЕ больное "я", и это больное "я" начало пожирать "я" истинное. МЫ были развернуты в сторону внешнего мира, постоянно искали одобрения извне; от всех и каждого МЫ отчаянно требовали любви; МЫ стремились во что бы то ни стало понравиться другим; МЫ постоянно в чем-то нуждались; МЫ ничем не были защищены; МЫ были исполнены ненависти к самому себе; МЫ отрицали наличие у НАС каких бы то ни было достоинств. МЫ ощущали себя как нечто пустое и недостойное любви. 
 
МЫ УТРАТИЛИ ЭТО УДИВИТЕЛЬНОЕ ОЩУЩЕНИЕ ЛЮБВИ КО ВСЕМУ НА СВЕТЕ
 
МЫ были не способны ответить на вопрос: как МЫ чувствуем? Этот вопрос ставил НАС в тупик. МЫ похоронили в себе все НАШИ чувства, МЫ понятия не имели, что значит чувствовать. МЫ похоронили, задавили все свои чувства: ощущение того, что жизнь прекрасна, ощущение счастья, чувство любви, чувство ненависти, чувство гнева. Это сделало НАС ранимой, уязвимой для всякого неодобрительного взгляда, всякого слова критики, малейшего выражения неприязни.
. Большую часть своей жизни МЫ ощущали лишь, что все НАШИ чувства пребывают в состоянии некоего оцепенения. МЫ постоянно ждали от жизни всего самого худшего.
МЫ ощущали в душе лишь одну пустоту, бездонную пропасть, черную дыру. Там ничего нет. Там никто не может найти себе приюта. 
Когда МЫ стали взрослой, мысль об этой черной дыре наводит на НАС ужас. Всю свою жизнь МЫ только и занимались тем, что пытались заполнить ее: чем угодно, лишь бы не ощущать этой леденящей пустоты, несущей НАМ боль. МЫ хватались за все, лишь бы помогло, за все, что сулит хоть какую-то надежду на облегчение, и тут начиналась зависимость. Без ЭТОГО МЫ уже не могли, пускай от ЭТОГО НАМ бывает плохо - это всё-таки лучше невыносимого ощущения абсолютной пустоты в душе. 
НАМ всегда было неуютно в этой жизни, что-то с НАМИ было не так. 
НАША мать не справилась со своей ролью, она упустили самое главное – МОЙ внутренний мир. 
МЫ давали другому неограниченную над НАМИ власть. НАС начала преследовать навязчивая идея, МЫ начали бредить о нем, о НАШЕМ принце, и эта идея стала для НАС последним прибежищем. МЫ грезили о красавце на белом коне, который заключит НАС в свои объятия, который избавит НАС от одиночества, от душевной пустоты, от самой себя, и тогда НАША жизнь превратится в сплошное счастье. МЫ проводили время в мечтаниях о нем, неважно, выдуманном или существующем на самом деле. Он, конечно же, спасет тебя, он избавит тебя от твоей черной дыры. Все свои силы МЫ бросали на то, чтобы стать похожей на него; чтобы во всем быть, как он: его любимые занятия становились НАШИМИ любимыми занятиями; его спортивные увлечения стали НАШИМИ увлечениями; МЫ ходили только в те рестораны, в которые ходил он; МЫ стали жить его интересами, МЫ усвоили его вкусы; в конце-концов, вся его личность стала НАШЕЙ личностью, МЫ превратились в его alter ego. 
Чем большую пустоту МЫ ощущали в груди, чем сильнее было НАШЕ отчаяние, тем большую МЫ чувствовали потребность бежать от самой себя, тем в большей степени МЫ растворялись в других или же прибегали к иным средствам: Наркотики. Еда. Алкоголь. Секс. Ненужные траты. Работа, всё вместе или по отдельности, все что угодно, лишь бы черная дыра не поглотила НАС живьем.
 
НАШИ родители не смогли передать НАМ дар безоговорочной любви, НАС не признавали, не поддерживали и не поощряли, МЫ никогда не слыхали в свой адрес слов одобрения или признательности, МЫ никогда не испытывала чувств, выраженных в словах: "Ты такая замечательная…"; "Я тебя так люблю…"; "Какая ты красивая…" - где под словом "ты" всякий раз подразумевалось "такал, как ты есть". 
Вместо этого в качестве точного отражения того, кто МЫ есть на самом деле, МЫ слышала лишь отрицательные суждения и сплошную критику - и все это прочно поселилось в НАШЕМ сознании.
МЫ были пленницей, окруженной удушливой атмосферой всеобщего отрицания НШЕГО права быть собой, жертвой дисфункциональных законов, царящих в НШЕЙ семье. В НАС буквально вдолбили стереотип ненависти к самой себе.
Ненависть к себе стала определяющим образом НАШИХ мыслей, НАШЕГО бытия, доминирующим началом НАШЕЙ личности. Неважно, какова МЫ внешне на самом деле, но НАМ казалось, что МЫ уродливы. Неважно, чего МЫ достигли в жизни - МЫ ощущали постоянное недовольство собой. Единственные чувства, которые для НАС были хороши - нехорошие чувства. Единственные чувства, с которыми НАМ было удобно - отрицательные чувства. Единственное чувство, которое МЫ способны были воссоздавать снова и снова, - чувство собственной приниженности.
МЫ думали:"Я слишком толстая", "Я просто безобразна", "Вечно я все делаю не так как надо", "Надо было быть осторожнее". "Я сказала что-то не так", "Ну почему я не блондинка?", "Ну почему я не брюнетка?", « Вот если б я стала другой, если б я стала лучше, чем я есть теперь, жизнь бы, несомненно, удалась».
Ненависть к самой себе разрушала, подрывала самые основы НАШЕЙ жизни во всех ее областях: МЫ были не уверены в себе, МЫ всегда ожидали от жизни только худшего, МЫ излишне драматизировали НАШИ ошибки и недостатки, у НАС не было чувства самоценности и достоинства, МЫ чувствовали отвращение к собственному телу и внешности; МЫ вечно придирались к самой себе; самые незначительные НАШИ недостатки заставляли НАС содрогаться от ужаса; МЫ игнорировали любой комплимент, обращенный к НАМ, потому что ни один из них не вписывался в НАШУ систему отрицательной самооценки. Каждый день для НАС был битвой, которую НАМ непременно нужно проиграть, чтобы ощутить победу. МЫ чувствовали себя хорошо, только когда НАМ было плохо.
 
Чем более далеким от НАС, недостижимым являлся объект НАШЕГО чувства, чем энергичней он отказывал НАМ в своих чувствах, тем глубже была НАША любовь, тем выше пьедестал, тем сильнее навязчивая идея. И вся эта НАША больная любовь была ни чем иным, как калькой всех НАШИХ отношений с людьми, начиная с детства.
Калька болезненной любви: чем меньше любит, тем больше нравится. 
 
МЫ жили и относились к другим не с позиций собственной личности и собственных желаний и нужд, но с позиций того, что, как МЫ думали, хочет от НАС или думает о НАС другой человек. МЫ считали, что любовь можно завоевать лишь не являясь тем, что МЫ являлись на самом деле, и, наоборот, если МЫ будем всегда оставаться собой, неизбежно ее потеряем.
Непрекращающиеся тревоги, подавляющие страхи, чувство одиночества, собственной никчемности, постоянное ощущение какой-то опасности - эти ощущения были НАШИМИ постоянными спутниками. Сколько МЫ себя помнили, они всегда шли следом за НАМИ. МЫ были сами себе отвратительны, НАМ не давало покоя мучительное ощущение черной дыры, пустоты в душе - МЫ начинали искать чем облегчить эту боль, МЫ готовы на что угодно, лишь бы НАМ стало легче, лишь бы избавиться от нее, бежать, укрыться; МЫ хватались за все, только бы помогло. Но действие средства кончалось, и МЫ снова прибегаешь к нему, НАМ было мало уже прежней дозы, МЫ начинали злоупотреблять своим средством и попадали в порочный круг: чтобы избавиться от боли, употребляли свое средство, но стоило ослабеть его действию, боль усиливалась, нужно было принять еще - вот здесь и возникала зависимость.
Первым средством подавления боли для НАС была вкусная еди, да и просто процесс еды, чувство сытости. Когда МЫ стали взрослеть, прибавилось еще несколько способов. МЫ с ума сходили по мальчикам. 
Когда МЫ стали взрослой, главным способом подавления боли стала НАША связь с партнером, который отвергал и унижал НАС, который в каком-то отношении стоял на недостижимом для НАС уровне, который, так сказать, был недоступен для НАС. Только так МЫ могли избавиться от пустоты, заполнить черную дыру в своей груди - растворившись в другом, подменив свое существование его существованием, свою, мучительную для НАС действительность, на ту действительность, в которой живет он. Весь драматизм собственной ситуации МЫ переживали крайне болезненно: если волновались, то на грани потери сознания, если были возбуждены, то едва способны контролировать себя; выброс адреналина превышал все мыслимые нормы. В результате МЫ попадали в зависимость.
Эта НАШ зависимость перекрывалась другими зависимостями. НАМИ овладевала навязчивая идея: НАМ непременно нужно достать то-то и то-то, а от того-то НАМ непременно нужно избавиться. МЫ были одновременно: сексоголиком, обжорой, алкоголиком, наркоманом, трудоголиком, и в то же время злоупотребляли лекарствами и всякими другими веществами, страдали несчастной страстью транжирить деньги по поводу и без повода, ничто не встречало у НАС отказа - во всем МЫ отчаянно искали немедленного удовлетворения.
. Добившись облегчения, МЫ всякий раз с треском падали вниз и чувствали себя еще более подавленной, ощущали еще большую тревогу.
В качестве объекта своего чувства МЫ всегда выбирали некий недостижимый для НАС идеал, а если это реальный человек, то это именно такой, который не может принять НАШЕЙ любви, причем НАШ выбор МЫ делали совершенно бессознательно. Чем энергичней он отвергал НАС и НШУ любовь, тем сильнее МЫ жаждали его. Чем недоступней он был для НАС, тем желаннее, тем крепче НМИ овладевала навязчивая идея заполучить его во что бы то ни стало. МЫ были способна грезить о нем по двадцать четыре часа в сутки, пытаясь заполнить черную дыру в душе и напрочь забывая о себе.
"Только бы он меня заметил, мне ничего больше не надо для счастья". "Ах, если бы он позвонил и назначил мне встречу - все мои проблемы исчезли б, как дым".
Обретение "его" становится для НАС средством бежать, избавиться от своего больного "я". "Он" становится НАШИМ идолом, НАШЕЙ навязчивой идеей. 
НАМ неизбежно попадался такой "он", которого кроме спорта больше в жизни ничего не интересовало, или, человек слишком для НАС старый, или же наоборот, слишком молодой, или женатый и любящий свою жену и семью. Мы начинали повсюду преследовать его, звонить ему, если на то хватает смелости, а если не хватало - страдали; МЫ становились ходячей энциклопедией всевозможных знаний о нем, его привычках и интересах, грезили о нем наяву, всю жизнь свою МЫ посвящали только ему.
Все НАШИ влюбленности заканчивались ничем, МЫ впадали в депрессию и погружались в еще большие пучины отчаяния, для НАС наступал конец света. МЫ думали: « Что же такое происходит, в чем дело? Почему он тебя не любит? Во всей школе ты единственная девчонка, у которой нет парня». МЫ оставались лицом к лицу со своими фантазиями, и никого не было рядом, кто мог бы пригласить НАС пойти куда-нибудь погулять. МЫ предавались неумеренному обжорству, МЫ непрерывно курили. МЫ подумывали о самоубийстве, не в силах больше выдерживать эту ужасную боль, не в силах справиться с ней. МЫ умирали от любви и желания быть любимой, МЫ попалась в ловушку собственной болезни, отпечатавшей в НАШЕЙ душе огненные слова: отвергает -значит МЫ его непременно должны полюбить. НАША первая любовь осталась без награды.
Тому, кого МЫ желали, МЫ были не нужны, а тот, кому МЫ были желанны, был не нужен НАМ. МЫ думали, что если МЫ нравимся парню, то с ним что то не так, он убогий, второго сорта.
 
 
В ту самую минуту, как МЫ увидали его, он стал предметом НАШИХ тайных желаний; НАС влекло к "нему" с такой силой, что дух захватывало, так бабочка летит на свет лампы; у НАС было такое чувство, будто в крови идет химическая реакция, - это было влечение, которому невозможно противиться, влечение поистине роковое. Оно, как искра, воспламенило все НАШЕ существо, потрясло его, как мощный удар тока. Адреналин выделялся с бешеной скоростью, кровь закипала в жилах, НАС трясло, МЫ трепетали. Тело НАШЕ превратилось в какое-то желе, коленки подгибались, кружилась голова. Он был просто неотразим, именно неотразим, и все тут. Он был тем самым единственным, живым ответом на все НАШИ молитвы. МЫ думали, что если он не станет НАШИМ, то НАША жизнь кончена. 
С первой же секунды, как только МЫ увидали этого мужчину, все НАШЕ прошлое пробудилось в НАШЕЙ душе. Его внешность, его поступки, его манера одеваться или манера держать себя, его жесты или улыбка, его глаза или губы - что-то там было такое, какая-то сила, что нажала на спусковой крючок НАШЕЙ памяти. Сами не сознавая того, МЫ видали в нем человека, который телом, душой или разумом в чем-то был похож на НШЕГО отца, НАШЕ бессознательное чувство выбрало его безошибочно: чтобы вытирать о НАС ноги, лучше него не найти.
 
 
МЫ не видали надвигающейся беды, не отдавали себе отчета в собственной потребности к саморазрушению. НАМ доставили персональную пыточную машину, и МЫ с восторгом сунули в нее голову, МЫ с первого взгляда влюбились в человека, который никогда не захочет по-настоящему обладать НАМИ, который никогда НАС не полюбит.
Причина, пробудившая НАШЕ влечение, состояла в том, что подсознательно МЫ чувствовали: ничего у НАС не выйдет, перед НАМИ еще один, который не способен дать НАМ то, чего МЫ хотим. МЫ выхватили его из толпы с безошибочной точностью, это именно тот, с которым НАС ждали веселенькие деньки, но все тревожные сигналы МЫ оставили без внимания, отмахнулись от них. Вместо того, чтобы заставить тебя опомниться, они лишь подливают масла в огонь. 
 
Когда МЫ нашли его, началось преследование: всю НАШУ энергию МЫ обратили на этого холодного, отстраненного человека; НАШИ горячие, огромные, хотя и абсолютно нереальные надежды приняли уж совсем дикие размеры. МЫ будем с ним, чего бы это не стоило, иначе вся жизнь теряет смысл. МЫ были не способны ни о чем больше думать, только бы покорить его, заставить его влюбиться, поймать его на крючок. Тысячи планов теснились в НАШЕЙ голове, все НАШИ дела, все НАШИ мысли и планы вертелись вокруг него одного. С неистовством и страстью МЫ обрушивали на него НАШЕ внимание и любовь, никого и ничего больше не замечали, а на НАС самих и подавно махнули рукой. Как личность, МЫ просто перестали существовать, МЫ - часть его, МЫ - его продолжение, МЫ в нем растворились без остатка.
 
МЫ не верили, что все пошло прахом, МЫ думали, что все дело в НАС, и удваивали НАШИ старания, чтобы угодить ему. Эти отношения напоминали мрачную игру в одни ворота, но МЫ упрямо продолжали делать новые ставки, зная уже наверняка, что все равно проиграем. МЫ лишилась своего рая. МЫ влюбились в человека неподходящего, этот человек непостижим, недосягаем; он есть, и его как бы нет; воссоздалась ситуация НАШЕГО детства, ситуация нездоровых отношений с родителями. .
МЫ оставались одни перед мучительной загадкой этих отношений; МЫ старались как можно дольше сохранить состояние шаткого равновесия. 
НАС начали донимать всякие болезни: шатался зуб, болел спина, появлялась опухоль или язва. НАМ казалось, что черное облако опустилось на НАШЕ сознание и душу. 
 
МЫ думали: любовь - не значит быть любимой, да МЫ никогда ею и не были. МЫ продолжали жить в собственном мире грез, заменив нормальные, естественные отношения НШИМИ навязчивыми фантазиями. Свое время и силы МЫ посвящали мечтам, планам и надеждам на то, что однажды, когда-нибудь, где-нибудь и вопреки всем препятствиям МЫ сможем превратить свои миражи в нечто реальное. Чем дальше от НАС был предмет НАШИХ фантазий, тем навязчивей он преследовал НАС, тем дерзновеннее были НАШИ мечты.
 
 
У НАС были вечные проблемы с едой, МЫ вели постоянную борьбу со своей полнотой или булимией. Кутежи, сопровождаемые обжорством, регулярно сменялись периодами, когда МЫ голодали. Зеркало и весы были НАШИМИ врагами номер один, они постоянно напоминали о НАШЕЙ полноте. Часто НАМ просто не хватало смелости встать на весы. МЫ постоянно сидели на какой-нибудь диете; МЫ успели перепробовать чуть ли не все способы похудения, существующие в мире. МЫ теряли вес, потом снова нагоняли.
Приступы обжорства вызывали у НАС острое чувство вины. МЫ знали, что потом НАМ будет погано, но в эти мгновения МЫ были неуправляемы, беспомощны, у НАС не было ни сил, ни желания остановиться: МЫ набивали НАШ желудок, Мы жевали и глотали с немыслимой скоростью. МЫ совсем не ощущали вкуса поедаемого, МЫ просто поглощали, просто жрали, как свинья. МЫ съедали так много, что чувствовали отвращение к себе самой. МЫ не выходили из дома, потому что казались себе толстой до безобразия. МЫ думали, что никто никогда НАС не полюбит - кому нужна этакая туша. МЫ боялись заглянуть в зеркало, чтобы еще раз не увидеть там эту безобразную жирную фигуру. Кто эта толстая дама? Это МЫ!
 
Всю свою жизнь МЫ не ощущали настоящей радости, всегда были подавлены и, вероятно, МЫ не осознавали это; НАШИМИ верными спутниками были только отрицательные эмоции: отчаяние, Душевная боль, ощущение отсутствия счастья, чувство безнадежности, вечный пессимизм. МЫ не отдавали себе отчет в этих переживаниях, в том, что они постоянно с НАМИ. МЫ поступала с ними, как с мусором, который заметают под ковер. МЫ всегда находила себе какую-нибудь отдушину, чтобы не замечать их. Но постоянное, как бы фоновое ощущение того, что счастья нет, всепроникающая нота уныния, непрерывно звучащая где-то в затылке, всегда был с НАМИ. Фундамент НАШЕЙ жизни был построен на болоте и что-то не так было с теми вещами, в которые МЫ верили. В НАС, таких, какие МЫ есть, не было ничего хорошего.
МЫ попали в порочный круг и не могли из него вырваться, в нем МЫ только теряли, ничего не приобретая, НАС всегда отталкивали, и МЫ никогда не находили то, что искали всю жизнь: любовь. МЫ не могли понять, почему же МЫ всегда несчастливы. Жизнь казалась НАМ беспросветной. МЫ провалилась в болото и не знали, как из него выбраться. МЫ едва находили в себе силы, чтобы выйти из дома. Все НАС пугало, все грозило НАМ неисчислимыми бедствиями, МЫ просто не знали, как вести себя, что нужно делать; МЫ жили с чувством полной растерянности. МЫ бы хотели провести всю жизнь в забытьи, во сне. Быть несчастливой было так естественно для НС, и МЫ принимали это как нечто само собой разумеющееся. 
 
 
МЫ были готовы на все, лишь бы не остаться наедине с тем, кто НАМ больше всего не мил - с самой собою. Побыть одной для НАС значило заглянуть в черную дыру, где обитали НАШИ демоны. И МЫ обращали все свои мысли, всю свою энергию на других. НАМ было плохо, когда МЫ одни. Некому услужить, не о ком позаботиться, некого побаловать. МЫ были готовы на любую авантюру, лишь бы не быть одним; МЫ злоупотребляли гостеприимством друзей и знакомых, подолгу засиживались на работе, последними покидали вечеринку. Где бы МЫ ни были, НАМ смерть как не хотелось уходить домой. МЫ буквально заставляли себя заполнять НАШИ дни делами, визитами, встречами; ни единой свободной секунды МЫ не оставляли себе. НАМ было все равно чем заниматься, все равно с кем встречаться.Если МЫ все-таки оставались дома одни, у НАС просто опускались руки.
 
МЫ не выработали в себе понятия о том, кто МЫ такие, что МЫ из себя представляем в этом мире. Подобно хамелеону, МЫ меняелись в зависимости от окружения, МЫ усваивали тот эмоциональный климат, в котором находились, свои реакции приспосабливали к тем сигналам восприятия, которые получали извне, причем таким образом, чтобы завоевать расположение и одобрение окружающих. МЫ поступали и говорили так, как МЫ думали, по их мнению, должно поступать и говорить. МЫ так и стелились, чтобы успеть подобрать крохи благорасположения других людей, их одобрения НШЕГО поведения. Попавшись в ловушку чужого мнения как истинного представления о том, кто МЫ есть на самом деле, МЫ превратились в игрушку, попали под полный контроль со стороны других, МЫ двигались, как автомат, не оставив за собой права на подлинное чувство - НАШИ собственные чувства были парализованы болью и паническим страхом: Боже упаси сделать ошибку, не так посмотреть, не так ответить. Как понять, чего все они хотят? Может, МЫ сказали что-то не то?
МЫ говорили: "Ах, я и сама не знаю. Я все люблю. Мне безразлично. Это для меня не имеет значения. Что сам захочешь. Я на все согласна. Сам скажи, чего ты хочешь". 
МЫ никогда не получали того, чего хотели, потому что боялись спрашивать, потому что жили и чувствовали не сами по себе, а лишь вслед за другими. МЫ из кожи лезли вон, чтобы стать тем, что не есть МЫ сами. МЫ тратили энергию впустую и боялись признаться в этом, а потом удивлялись, почему у НАС упадок сил.
МЫ были хамелеоном, а значит переставали существовать без другого, чью окраску МЫ должны принять и с кем должны слиться.
 
МЫ были слишком, слишком хорошими. МЫ научилась быть хорошими с детства, надеясь таким образом заработать любовь своих родителей. Став взрослыми, МЫ все так же любили доставлять удовольствие другим; были озабочены тем, чтобы МЫ нравились, чтобы НАС любили. МЫ изо всех сил старались быть для всякого встречного-поперечного самым добрым, самым хорошим существом на свете, который через все несчастья и бедствия мужественно проносит свою милую улыбку. Другим МЫ говорили только приятные вещи; вообще старались делать для других только приятное. Что бы МЫ ни сделали, НАМ казалось мало. МЫ всегда готовы были отдать ближнему последнюю рубашку. МЫ никогда и ни к кому не предъявляли претензий, не рисковали высказать свое мнение, особенно если оно грозило раскачать лодку отношений. НАМ никогда не хватало смелости заявить о собственном мнении. А если кто-нибудь критиковал НАС, то НАС охватывала паника, МЫ съеживались, уходили в глухую оборону, чуть не ложились ничком, закрыв голову руками.
МЫ вечно прятали свои истинные чувства. МЫ всегда опасались, как бы кто не увидел их. МЫ боялись не понравиться, не угодить другим, поэтому МЫ всегда старались поглубже спрятать свои чувства, не обнаруживать НШИХ желаний. МЫ делали все, чтобы никогда и ни на кого не рассердиться. 
Это был защитный механизм, позволяющий скрыть от окружающих НАШЕ истинное "я": если МЫ с ними по-хорошему, то и они с НАМИ по-хорошему. 
 
Поскольку искренность - не НАШ стиль, МЫ стали «Королевой Белой Лжи», лжи во благо. И, конечно же, все, что МЫ говоришь, МЫ говоришь, чтобы понравиться, быть для других хорошими. МЫ боялись говорить правду, чтобы не получить в ответ рикошетом правду же. МЫ попались в эту сеть, сплетенную из маленьких обманов во благо. МЫ никогда не выдавали своих истинных чувств, МЫ подвергали цензуре все, что имеет хоть малейший оттенок противоречия, МЫ избегали говорить что бы то ни было, что могло бы заставить думать о НАС плохо. МЫ были неспособны говорить правду
 
НАС терзала ревность, параноидальное чувство, будто все вокруг НС ненавидят и постоянно строят НАМ козни, и жгучего желания переиграть всех. МЫ все время сравнивали себя с другими и постоянно выходило, что МЫ хуже всех, что МЫ - существо второго сорта. МЫ воображали, будто НАШИ подружки спят и видят, как бы умыкнуть НАШЕГО милого. Что все лучше НАС: нарядней, ярче, симпатичней, стройней, удачливей, способней, спортивней, и этот список можно было продолжать до бесконечности. НАМ смертельно хотелось стать тем, чем МЫ не являлись. МЫ просто ненавидели себя такими, какие МЫ есть. Если МЫ были блондинкой, то ревновали к брюнеткам, а если у НАС были темные волосы - ревновали к блондинкам. МЫ не ценили своих собственных достоинств, не верили ни одному комплименту в свой адрес, ни одному доброму слову; МЫ ревновали ко всей вселенной.
Паранойя, ревность и желание всех переиграть сопровождали НАС повсюду, особенно на всяких дружеских вечеринках. МЫ были уверены в том, что враг подстерегает НАС везде, а враг для НАС - это всякая женщина, которая могла бы стать "его подругой", "его новой возлюбленной". МЫ сами, своими руками создавали то, чего боялись больше всего на свете, МЫ превращались в какого-то зверя из джунглей; каждым НАШИМ движением руководила ревность, у НАС менялось настроение, МЫ начинали следить за каждым его шагом, за каждым его взглядом. МЫ были неспособна ни с кем нормально общаться. НАШ избранник давал для НАШЕЙ ревности обильную пищу, НАС он как будто не замечал, зато напропалую флиртовал со всеми остальными. Веселый вечер становился для НАС катастрофой. МЫ погружались в глубины ревности, НАС затягивал водоворот паранойи, а главное - у НАС не было самих себя, чтобы МЫ могли прийти себе на помощь.
 
НАС эксплуатировали, не принимали в расчет - иначе и не могло быть: МЫ сами окружили себя этими людьми. Ни слова хотя бы благодарности, ни от кого. НАМ было больно, МЫ были постоянно расстроены, но выхода нет, потому что во всем этом виноваты МЫ сами. МЫ привыкли к постоянным неудачам, привыкли всегда проигрывать, это стало для НАС естественным состоянием, нормальной жизненной позицией. МЫ были жертвой собственных неверных установок и суждений, жертвой собственной боязни говорить правду в глаза, жертвой собственной потребности угождать другим и ждать любви от тех, кто не мог ее НАМ дать.
 
Какая бы неприятность ни случилась, львиную долю вины МЫ всегда брали на себя, стоило случиться какому несчастью, виноваты всегда были МЫ. У НаШЕГО парня испортилось настроение, и он повысил на НАС голос - виноваты в этом МЫ, потому что настроение у него испортилось из-за НАС. Проваливается какой-нибудь деловой проект, фирма лишается прибыли - пусть в дело вовлечено более сотни людей, все равно виноваты МЫ, плохо старались. И т.д. и т.п. Во всем МЫ готовы отыскать прекрасную возможность самобичевания. МЫ были слишком глупой, или некрасивой, или подвела НАШИ полнота, МЫ были не так одеты, или сказали что-то не то.
МЫ постоянно слышали внутри эти голоса: "Ну ничего не можешь сделать как следует; все это из-за тебя". День за днем, год за годом МЫ самозабвенно предавались самобичеванию, а вокруг НАС почему-то всегда люди, которые поддерживали НАС в убеждении, что все, что ни случится - все из-за НАС. МЫ были вечной неудачницей. МЫ были неспособны побеждать. Жизнь - порядочная стерва, а после нее придет смерть; но и в этом будем виноваты только МЫ сами.
 
МЫ вечно всюду опаздывали - это у НАС хроническое. Все друзья знали: если ты обещаешь прийти в двенадцать - раньше часу не жди. Мы вечно откладывали все на завтра, на послезавтра, а когда наконец решались взяться за дело, оказывалось, что у НАС нет времени. МЫ так перегружали свой распорядок дня, что просто физически неспособны были переделать все дела, тем более явиться на все назначенные встречи.
 
В НАС жил смертоносная сила, порождающая боль, страх, страдания, тревогу, расстройство, ощущение хаоса и постоянного кризиса. МЫ не представляли для себя жизнь без всего этого, но и с этим жить тоже было нельзя. Такая жизнь просто медленно убивала НАС.
 
низ
 
 

  • Наверх





Темы с аналогичным тегами Жили были МЫ

Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных

Яндекс.Метрика